| Ночная кухня. 1974 | |
| М.В. Паршиков |
В постоянной экспозиции сибирского искусства в Новосибирском художественном музее выделяются два небольших зала, где проходят сменяющие друг друга выставки произведений графики, декоративно-прикладного искусства и скульптуры из музейной коллекции. Очередная выставка, открывшаяся здесь в августе 2024 года, посвящена интерьеру. Интерьеру не только как жанру, но и как более широкому понятию: пространству, в котором человек живет, трудится, творит, которое становится одушевленным, с вещами – говорящими символами, способными многое поведать о человеке, его вкусах и привычках, даже когда сам он отсутствует.
Слово «интерьер» (от латинского interior – находящийся внутри, глубокий) имеет два значения: в архитектуре это внутреннее пространство помещения, состоящее из строительных конструкций и предметов наполнения; в искусстве – жанр, который появился в XV веке в Нидерландах и достиг расцвета в голландской и фламандской живописи в XVII столетии. В русском искусстве элементы интерьера появились еще в иконах, где архитектурные фоны писались по определенным канонам, показывая здания одновременно снаружи и изнутри. Предпосылки зарождения этого жанра в отечественной живописи просматривались в конце XVIII века, в эпоху сентиментализма. На примере портретов В.Л. Боровиковского можно проследить, как фон в виде пейзажного парка, означающего естественность, единение с природой, преобразуется в элемент интерьера – картину на стене. С приходом романтического направления, с возможностью показа внутреннего мира человека интерьер как окружение портретируемого приобретает более интимное звучание. После Отечественной войны 1812 года в обществе появилось желание почувствовать прелесть домашнего существования с некоторой отгороженностью от внешнего мира, и возникла необходимость отразить это эмоциональное состояние в искусстве. Интерьерный жанр, который получил название «в комнатах», оформился как самостоятельное явление в первой трети XIX века и стал важным художественным направлением. Наивысшее развитие он получил в работах художников венециановской школы. Произведения, созданные первоклассными живописцами, такими как К.А. Зеленцов или А.А. Алексеев, преподносили эту тему в идеализированном ключе представлений о домашнем уюте и тишине, придавали ей поэтическое звучание. Гармонизируя пропорции картины, эти художники выстраивали эталонное личное пространство человека. Важное, иногда и ключевое место занимает изображение убранства комнат в известных полотнах П.А. Федотова.
| Гостиная. 1985 | |
| Н.И. Домашенко |
Другой очень важной ветвью этого жанра были акварели с изображениями интерьеров архитектурных памятников. Подобные произведения помимо художественной имеют еще и историческую ценность. Ярким примером этого может послужить галерея интерьеров исторических залов Зимнего дворца и Эрмитажа времен Николая I и Александра II, созданная архитектором и акварелистом К.А. Ухтомским. Блестящие акварельные «портреты интерьеров» писал Э.П. Гау, известный по многочисленным работам, воспроизводящим внутреннее убранство известных зданий Москвы и Санкт-Петербурга. Особое место в его наследии принадлежит «Гатчинским акварелям», сохраняющим представление о великолепии покоев Большого Гатчинского дворца, полностью сожженного во время Великой Отечественной войны.
На рубеже XIX – XX веков интерес к интерьерной графике не пропал, несмотря на изобретение фотографии. По-прежнему было много желающих иметь изображение любимого уголка в своем доме во всех подробностях. Альбомы с интерьерными акварелями, исполненными как профессионалами, так и любителями, были очень востребованы.
В ХХ веке отношение к интерьеру и его трактовка в искусстве менялись. Иногда он был только «портретом помещения», иногда наделялся психологическим смыслом, будучи средой, которая становится частью человеческого бытия.
Представленные в экспозиции графические произведения созданы в 1970 – 1990-е годы. Лишь некоторые из них являются интерьерами в чистом виде. Иркутский, новосибирский, а позднее петербургский график и иллюстратор Н.И. Домашенко посвятил интерьерам целую серию, к которой относится и изящная гравюра в технике сухой иглы «Гостиная». Очень интересна по трактовке сюжета, композиции, выбранному нарядно-декоративному колориту из ограниченного числа цветов «Ночная кухня» М.В. Паршикова, принадлежащая к самому раннему периоду творчества художника.
| Внучка. 1977 | |
| Т.В. Ашкинази |
Некоторые работы, показанные на выставке, запечатлели людей в привычных для них жизненных пространствах. Узнаваемой повседневной суетой наполнен офорт И.А. Табакова «В комнате». Теплотой и мягким юмором трогает рисунок Т.В. Ашкинази «Внучка», где олень с коврика на стене воспринимается таким же равноправным персонажем, как и сидящая на кровати девочка. Удивительной красотой колорита, ощущением молодости и радости покоряет пронизанная солнцем и воздухом работа В.С. Бухарова «Летнее утро».
Великолепный мастер гравюры Я.Я. Яковлев в 1970-е – начале 1980-х годов работал в Новосибирске. В 1983 году он переехал во Владимир, позднее принял сан священника. В настоящее время он – епископ Александровский и Юрьев-Польский. Размышления о духовных поисках, смысле жизни, бренности бытия отразились и в его творчестве 1980-х годов. Минуты глубокого раздумья запечатлены в листе «У окна». Интересно сравнить между собой два листа художника «Полдень» и «О мироздании», очень сходные по композиции: деревенский сюжет, амбар с людьми внутри него и виднеющийся в проеме стены ярко освещенный пейзаж. Только в одном – пронизанная солнцем мечтательная девушка, в другом – двое немолодых и усталых людей, рядом с которыми трещины на старых стенах воспринимаются словно глубокие морщины, проложенные годами на старых лицах. Даже названия этих листов многозначительны. «Полдень» – расцвет, ликующий, полный сил и надежд, когда впереди вся жизнь, кажущаяся одним длинным светлым счастливым днем. «О мироздании» – нелегкий жизненный путь, мудрость и опыт, смена поколений, вечный круговорот неостанавливающегося бытия.
| Фрагмент экспозиции: Е.Ф. Грунская. Скульптор В.В. Александрова-Рославлева с моделью в руках Л.Л. Хорошко. Автопортрет в интерьере. 1977 |
Пространство, где проходит не менее значимая и не менее протяженная по времени часть жизни человека, связано с его трудовой деятельностью. Маленькие, но могучие, вступившие в схватку со стихией огня и покорившие ее, – таковы фигурки рабочих в интерьерах заводских цехов на экспрессивных акварелях А.И. Беляева, которые органично соседствуют на выставке с пластом В.Е. Семеновой «В литейном цехе». Пространство творчества, где человек поднимается до высот вдохновения и погружается во мрак мучительных исканий и неудовлетворенности, предстает в работе «В мастерской» И.А. Табакова. Еще одну мастерскую запечатлел «Автопортрет в интерьере» Л.Л. Хорошко. В глубине этой композиции виден бюст работы известного новосибирского скульптора В.В. Телишева «Женский портрет (Анна Авдеевна)», исполненный, как и сама гравюра, в 1977 году. Эта деталь позволяет предположить, что перед нами – его мастерская. Литография «Мы плакатисты» Л.С. Новицкого передает радостную атмосферу единения увлеченных общим делом людей в Доме творчества «Челюскинская» – своеобразном «царстве графики», где были созданы оптимальные условия для роста профессионального мастерства приезжавших туда художников. В правой части листа можно увидеть автопортрет автора, частично скрытого за планшетом с подписью и датой.
В экспозиционный ряд графических произведений гармонично вписаны скульптура и керамические работы, исполненные в 1960 – 1970-е годы и создающие интересную, разноплановую пространственную атмосферу.
| В литейном цехе. Панно. 1967 – 1970 | |
| В.Е. Семенова |
Невероятным разнообразием по стилю и манере исполнения отличаются декоративные тарелки и пласты новосибирского скульптора и керамиста В.Е. Семеновой (с 1981 года она жила и работала в Москве). Интерьерные включения в ее работах преподнесены очень ярко и насыщенно, прежде всего, в цветовом плане. Панно «В литейном цехе» с его крупномасштабной геометрией, выделенной бирюзовым и оранжевым, четко акцентирует внимание на пространстве производственного помещения и его огромности по сравнению со схематично показанными фигурками людей, занимающими, тем не менее, одно из ключевых мест в композиции. Пестротой и пышной театральностью, нестандартностью формы отличается декоративный пласт «Весна», предваряющий экспозицию и указывающий на сценическую особенность интерьерного жанра. В тарелках «Геолог» и «Портрет в интерьере» главное место занимает изображение человека, а интерьер лишь подчеркивает и по-особенному выделяет образный настрой персонажа – строго и ярко или воздушно и лирично. Тонкой живописностью исполнения и трогательной интимностью сюжета привлекает небольшое панно в виде миски «Купание ребенка». Оно, благодаря изображению конкретных предметов убранства комнаты, кажется невероятно созвучным работе Н.И. Домашенко «Гостиная», обозначая важность и самоценность личного пространства человека.
Присутствие скульптурных работ на выставке придает ей дополнительный акцент, призывающий к размышлениям о сущности пространства, которое могло бы их окружать. Представленные скульптуры малых форм разнообразны по пластическим и образным качествам. Жанровая зарисовка «В парикмахерской» новосибирского мастера Е.Н. Телишевой привносит нотку доброго юмора в общий, иногда торжественный, строй экспозиции. Замечательны в своей разности работы Е.Ф. Грунской и В.Е. Семеновой: обтекаемо-дробная по лепке фигурка Александровой-Рославлевой и импрессионистический по духу, с декоративным звучанием материала, композиционный портрет «В перерыве». Воображаемая вокруг них перспектива интерьера, будь то светлое помещение парикмахерской или наполненная творческим духом мастерская, выявляет в представленных персонажах новые образные черты и символы.