К.М. Максимов и формирование школы
масляной живописи Китая

К.М. Максимов и студенты (справа налево: Цзинь Шанъи, Юань Хао, Гао Хун). 1956

 

 

 

Студенты Максимова Цзинь Шанъи и Ван Чэнъи в очерке «Вспоминая нашего учителя» так описали свои впечатления от первой встречи с ним: «Когда учитель приехал в Китай, ему было не больше пятидесяти лет, он был не очень высокого роста (Максимов был всего на несколько лет старше самого старшего ученика в классе – Фэн Фасы и на полторы головы ниже Чжань Цзяньцзюня). Однако мы все были впечатлены его знаниями, талантом, творческим энтузиазмом, богатым преподавательским опытом, чувством юмора и несомненной уверенностью в себе» [4, с. 57]. Несмотря на то, что все два с половиной года между Максимовым и его студентами существовал языковой барьер (приходилось пользоваться услугами переводчика), педагог быстро расположил к себе китайских учеников.

Основой преподавательской концепции Максимова было признание внутренних законов искусства, определяющих творческий процесс. Он говорил о том, как важно для настоящего художника вырабатывать свой стиль, но вместе с тем неоднократно повторял, что добиться этого можно лишь тщательно изучив основы изобразительного искусства и постоянно упражняясь, ежедневно делая множество набросков и этюдов. Необходимость познания основ обнаружилась уже на первых занятиях, когда Константин Мефодьевич заметил, что главными проблемами учеников были отсутствие чувства трехмерного пространства и недостаточное понимание композиционных средств (ритма, симметрии, пластики). Чтобы продемонстрировать значение этих вопросов, он прочел лекции «Что такое композиция» и «Важность композиции для художников» [3, с. 9]. В то же время преподаватель акцентировал внимание на том, что реалистическая живопись Китая должна базироваться на законах традиционной национальной живописи (например, в построении композиции), а не слепо копировать методику советской школы.

	Китайская деревня. 1955
	К.М. Максимов

 

 

 

К.М. Максимов хотел, чтобы его студенты стали поистине народными художниками, не отдаляясь от простых людей и не противопоставляя себя им. Эта установка не только отражала дух советских изобразительных традиций, но и соответствовала китайским социалистическим идеям. Максимов также особенно подчеркивал важность идеологического и общекультурного воспитания для художника. По его убеждению, будущие живописцы должны обладать достаточным кругозором и обширными познаниями в различных областях, в том числе и практическими навыками ручного труда – того самого, которым занимались изображенные на их полотнах простые люди. В собственном творчестве Максимов воспевал повседневность, был против приукрашивания реальности, учил, что произведение ценно только тогда, когда его понимает и самый обычный человек, когда между картиной и зрителем возникает диалог. По мнению мастера, воздействие произведения искусства на человека, точнее, сила этого воздействия, является мерилом его художественной ценности.

К.М. Максимов старался находить особый подход к каждому воспитаннику. В этом его преподавательская философия была схожа с принципами выдающегося русского художника и педагога П.П. Чистякова (1831–1919), методика которого также повлияла на развитие художественного образования в Китае [2, с. 44]. Оба мастера, учитывая индивидуальные особенности, характер, уровень подготовки своих студентов, помогали каждому из них раскрыть творческий потенциал и взращивали их веру в себя. Максимов старался, чтобы ученики видели в нем не только преподавателя, но и хорошего товарища. Вероятно, такой подход и оказался одной из причин будущего успеха его группы.

Константин Мефодьевич, в отличие от многих художников, которые неохотно позволяют другим увидеть себя в процессе творчества, зачастую писал картины на глазах своих студентов. «Всегда было приятно смотреть, как учитель рисует, – вспоминали они, – потому что он действительно потрясающе владел кистью. Всякий раз, когда он рисовал, мы собирались позади него в несколько рядов, причем те, кто был спереди, сидели на полу, а те, кто был в конце, стояли на столе и наблюдали, некоторые делали записи» [4, с. 58]. Многие картины Максимова, исполненные в Китае, были созданы в присутствии его учеников, впоследствии эти работы называли живым оригинальным пособием по масляной живописи.

	Портрет Ци Байши. 1956
	К.М. Максимов

 

 

 

Мастер работал вместе со студентами в классе и на пленэрах. Введение в учебную программу выхода на пленэр – тоже одна из заслуг Максимова [1, с. 213]. До его приезда ученики занимались преимущественно в помещении, а в группе Максимова значительное внимание уделялось работе с натуры на открытом воздухе. Однажды группу на целый месяц отвезли в деревню с горячими источниками неподалеку от Пекина. Там под руководством педагога студенты учились видеть и воспроизводить в живописи сложные, меняющиеся эффекты солнечного освещения в разное время суток. Цзинь Шанъи вспоминает такой эпизод: «Был очень жаркий день, и после утреннего занятия мы все решили вздремнуть. Проснувшись и выйдя на улицу, мы увидели учителя с голыми плечами под жарким солнцем у мольберта. Это зрелище заставило нас покраснеть, ведь он не дремал, чтобы запечатлеть мгновенные изменения света. Он был настолько поглощен своей живописью, что часто забывал обо всем вокруг» [4, с. 58].

Разумеется, деятельность Константина Мефодьевича не ограничивалась учебным классом. В качестве советника при директоре Центральной академии художеств он принимал активное участие в создании единого стандарта преподавания масляной живописи и некоторых других дисциплин, в составлении соответствующих учебных программ. Выработанная по образцу «группы Максимова» система обучения масляной живописи и в дальнейшем продолжила оказывать влияние на художественное образование в Китае.

С 19 мая по 9 июня 1957 года в Центральной академии художеств состоялась выставка работ Максимова. На ней были показаны 84 произведения – живописные полотна, акварели, рисунки. Большинство экспонатов относилось к числу работ, написанных художником перед студентами, в классе или на пленэре. С ними соседствовали несколько портретов известных деятелей культуры Китая, представлявших еще одну из граней творчества К.М. Максимова (например, его кисти принадлежат портреты художника и каллиграфа Ци Байши (1864–1957), писателя Го Можо (1892–1978) и др.).

Курс обучения «группы Максимова» завершился в июле 1957 года. Выставку дипломных работ его выпускников посетил председатель постоянного комитета Всекитайского собрания народных представителей Чжу Дэ, выразивший художнику глубокую признательность за его труд. После выставки Максимов вернулся на родину. В последнюю встречу со своими студентами он сфотографировался с ними и пожал каждому руку.

	После дождя в Ханчжоу. 1970
	К.М. Максимов

 

 

 

Константин Мефодьевич очень полюбил Китай, своих коллег и студентов и никогда не забывал те два с половиной года, которые он прожил в этой стране. Студенты, в свою очередь, всегда помнили об учителе. В ноябре 1992 года китайский художник Чжан Баочжоу, мечтавший познакомиться с советским мастером, по совету своего наставника Чэнь Бэйсиня (бывшего ученика Максимова) навестил Константина Мефодьевича его жену в Москве. Он вспоминал, что стены гостиной Максимовых были увешаны картинами, среди которых было много пейзажей Пекина и портретов китайцев. Внимание гостя особенно привлекло полотно, над которым Максимов в тот момент работал, – изображение Великой Китайской стены [5, с. 62]. Константин Мефодьевич также хранил множество вещей в память о времени, проведенном в Китае: общие фотографии со студентами, номера «Жэньминь жибао» со статьями об его классе, чернила и печать с его именем, написанным иероглифами, несколько наборов китайских кистей.

Можно сказать, что именно приезд К.М. Максимова положил начало профессиональному преподаванию искусства масляной живописи в новом Китае. Его педагогический труд и собственный творческий пример способствовали качественному скачку в развитии художественного образования в этой стране. Многие воспитанники Максимова, такие как Цзинь Шанъи, Чжань Цзяньцзюнь, Хоу Иминь, Фэн Фасы, Хэ Кундэ, впоследствии стали известными художниками и добились больших успехов в области масляной живописи. Их имена вошли в историю искусства Китая вместе с множеством созданных ими прекрасных картин. Имя К.М. Максимова в Китае и по сей день вспоминают с уважением и большой благодарностью, а его ученики проводят выставки и встречи в память о мастере.