КИТАЙСКИЙ ФАРФОР В КОЛЛЕКЦИЯХ СИБИРСКИХ МУЗЕЕВ

Китайский фарфор занимает особое место в становлении культуры чаепития в Сибири. Привозимый из далекой страны, он был не просто предметом роскоши и показателем статуса владельцев, но и неотъемлемой частью быта сибирского населения. Его проникновение в Сибирь началось в XVII веке, когда торговля между Китаем и Россией только зарождалась. В те времена китайский фарфор ценился буквально на вес золота и позволить себе иметь его мог далеко не каждый, поэтому он не занимал лидирующих позиций в структуре импорта из Поднебесной. Основными его покупателями были представители высших сословий: дворяне, чиновники и служилые люди.

В наши дни китайские фарфоровые изделия находятся в музеях Иркутска, Бийска, Красноярска, Тобольска, Омска, Томска, Новосибирска. Богатые музейные коллекции позволяют нам ближе познакомиться с этой частью китайской культуры и понять, какой именно фарфор предпочитали сибиряки. ​​​​​​

Чуйский тракт, который бийские купцы называли воротами в Поднебесную, на протяжении столетий связывал Сибирь с Монголией и Китаем. Расположенный в самом начале этого легендарного торгового пути, Бийск к концу XIX века превратился в крупнейший центр караванной торговли на юге Западной Сибири. Местные купцы доставляли из Китая не только чай и ткани, но и предметы роскоши, среди которых фарфор занимал особое место. Именно благодаря купеческому предпринимательству сегодня Бийский краеведческий музей имени В.В. Бианки обладает одной из самых значительных коллекций китайского фарфора в Сибири. Она насчитывает около 70 предметов – преимущественно ваз, кашпо и блюд, представляющих период с конца XVIII по конец XIX столетия.

Самые ранние экспонаты относятся ко времени правления императора Цяньлуна (1736 – 1795). Среди них выделяется ваза с росписью в жанре «цветы и птицы», выполненной полупрозрачными эмалями розового и различных оттенков бледно-зеленого цветов.

Растительный узор – один из наиболее распространенных мотивов в декоре китайского фарфора. В восточной культуре «язык цветов» играет важную смысловую роль: каждый цветок привязан к определенному сезону и наделен аллегорическим значением. Благодаря распространению буддизма и высокому статусу, который императорский двор и аристократия придавали богатству и знатности, такие цветы как лотос и пион постепенно оказались символами возвышенности. В то же время в народной культуре, где цветы ценились за красоту, их характеристики естественным образом ассоциировались с добродетелями: груша стала символом чистоты, персик и абрикос – пылкости, а магнолия – приветливости. В эпохи Мин и Цин было популярно использование омофонии (игры слов), когда определенные сочетания цветов или растений с животными составляли композиции, отражающие добрые пожелания. Например, османтус рядом с яблоней означали «богатства и почета полон дом» (кит. 富貴滿堂 – фу гуй мань тан); красная слива мэйхуа с сорокой на ветке – «сияние счастья» / «счастье на ветвях» (кит. 喜上眉梢 – си шан мэй шао) [1, с. 212]. 

Расписывая фарфор, мастера учитывали форму сосуда и расположение цветов на ветке, чтобы добиться гармоничной композиции. При прорисовке цветов и их отдельных элементов художники принимали во внимание ракурс и кривизну поверхности, поэтому один и тот же цветок мог изображаться по-разному в зависимости от вида изделия. Как пишет Ду Липин, цветочные узоры чаще всего располагались в центре тулова сосуда, а также использовались в орнаменте по краям и горловине [2, с. 23].

На вазе из коллекции Бийского краеведческого музея изображены две птицы, сидящие на ветке древовидного пиона. В странах Восточной Азии пион ассоциируется с императорской властью, богатством и знатностью, а птицы выступают символом супружеской пары, верности и любви. В верхней части сосуда сохранился фрагмент иероглифической надписи, которую можно перевести как пожелание «жить в богатстве и чести до седых волос». Изначально ваза служила свадебным подарком.

В собрании Бийского краеведческого музея широко представлены фарфоровые изделия, предназначенные для чаепития. Сама чайная традиция в Сибири формировалась под влиянием культурного и торгового обмена с Китаем начиная со второй половины XVII века, чем и объясняется высокий спрос на китайскую фарфоровую посуду. Одним из примечательных экспонатов является блюдо с изображением персикового дерева, которое занимает важное место в китайской культуре, часто встречаясь в мифах и преданиях. Согласно китайской традиции, персик символизирует долголетие и бессмертие. Декор выполнен в стиле фэньцай (кит. 粉彩), для которого характерны пастельные тона и использование розовой эмали. Стиль возник в период правления императора Канси (конец XVII века), достигнув расцвета при последующих императорах Юнчжэне и Цяньлуне. Наличие непрозрачной розовой эмали (завозной из Европы) и отличало фэньцай от более раннего применения пятицветной глазури уцай (кит. 五彩).

Еще одним важным атрибутом чаепития является чайник. В музее хранится чайник с изображением дракона, датируемый XIX столетием. Дракон – один из самых известных символов, украшающих китайский фарфор. Он олицетворяет императорскую власть, а его присутствие в декоре сосудов отражает представление о могуществе и влиянии правителя. Сам чайник отличается небольшим размером и имеет S-образный носик. Роспись выполнена красной краской.

Разнообразную коллекцию дополняют образцы, датируемые эпохами Даогуан (1821 – 1850), Тунчжи (1862 – 1874) и Гуансюй (1875 – 1908). Период правления императора Даогуана стал сложным этапом в истории китайского фарфора, который можно охарактеризовать как попытку сохранить великие традиции в условиях нарастающего кризиса. К этому времени относится ваза с изображением оленей и журавлей. Животные, составляющие центр композиции, показаны в живых, естественных позах: один олень слегка приподнял голову, остальные спокойно пасутся. Выбор этих образов не случаен и имеет глубокий символический смысл. В китайской культуре олень олицетворяет удачу и долголетие, а журавль символизирует бессмертие, счастье и преуспевание. Пейзажное окружение также играет важную роль. Присутствие сосен, на фоне которых изображены журавли, усиливает пожелание: сосны, сохраняющие зелень круглый год, традиционно ассоциируются с долголетием и стойкостью. Роспись вазы выполнена в стиле цинхуа (青花), с добавлением красной краски. Для фарфора цинхуа характерна идеально гладкая поверхность. Чаще всего фон остается белым, а узор наносится кобальтом, однако встречаются и изделия, где рисунок исполнен белой глазурью по синему фону, благодаря чему достигается особый декоративный эффект.

В течение почти трех столетий ключевую роль в системе российско-китайских отношений играл Иркутск. Город являлся не только центром оживленной торговли с Поднебесной, но и важнейшим узлом дипломатических и культурных связей двух стран. Именно из Иркутска в Китай отправлялись научные экспедиции под руководством таких выдающихся исследователей как Г.Н. Потанин и Н.М. Пржевальский. Предметы искусства и быта, привезенные ими для Восточно-Сибирского отделения Русского географического общества (ВСОРГО), заложили основу уникального музейного собрания. Сегодня коллекция китайского искусства Иркутского областного художественного музея имени В.П. Сукачева по праву является одной из наиболее выдающихся в стране и насчитывает свыше 1000 экспонатов. Осенью 2024 года, в честь перекрестных Годов культуры России и Китая и 75-летия установления дипломатических отношений между странами, музей открыл обновленную постоянную экспозицию восточного искусства, представив публике лучшие произведения из китайского раздела своего собрания.

Ее центральным экспонатом является ваза типа мэйпин (梅瓶), созданная в лунцюаньских мастерских в эпоху Мин (XIV – XV века). Изделия данного типа имеют округлую форму и маленькое горлышко, верхняя часть плавно переходит в расширяющееся тулово. Такая форма сложилась еще в эпоху Сун, и некоторые вазы мэйпин того времени снабжались крышками [3, с. 54]. Лунцюань, расположенный в провинции Чжэцзян, славится своими селадоновыми изделиями. Производство фарфора зародилось здесь еще в XI столетии, в эпоху Северная Сун, а XIII век стал временем расцвета лунцюаньских печей, благодаря чему этот центр керамики пользовался огромным успехом, в том числе и при императорском дворе. Изделия лунцюаньских мастерских отличаются толстым слоем глазури, который наносился на сосуд в два или три приема. Представленный образец, относящийся к эпохе Мин (1368 – 1644), демонстрирует характерные черты стиля: лаконичную форму, ассоциирующуюся с плодом сливы (кит. мэйпин: 梅 мэй – слива, 瓶 пин – ваза), и минималистичный декор. Поверхность покрыта светло-зеленой глазурью, имитирующей цвет нефрита, с намеренно созданной сеткой мелких трещин (кракле).

Ярким примером того, как китайский фарфор, преодолевая огромные расстояния, становился частью сибирского быта, служат предметы из собрания Красноярского краевого краеведческого музея. Так, в его коллекции представлена фарфоровая чаша с изображением аистов. Выбор этого мотива для декорирования изделия имеет глубокое символическое значение. В восточной традиции аист ассоциируется с бессмертием, долголетием и мудростью. Птиц окружают розовые лотосы. Лотос, являясь одним из восьми благоприятных символов буддизма, олицетворяет чистоту, просветление и благородство. Роспись изделия выполнена в полихромной технике: для изображения растений использованы оттенки зеленого и красного цветов, а для прорисовки фигур аистов – черный.

Китайский фарфор в Сибири представляет собой уникальный культурный феномен. Изначально воспринимавшийся как атрибут высокого социального статуса, он постепенно интегрировался в повседневный быт, а затем занял прочное место в музейных собраниях, став зримым свидетельством межкультурного диалога. Говоря о вкусах и предпочтениях сибиряков, следует отметить, что в первую очередь они приобретали посуду, предназначенную для чаепития. Чаши, пиалы, блюдца составляют основу многих коллекций китайского фарфора в сибирских музеях. Кроме того, жители Сибири явно отдавали предпочтение изделиям с яркой, красочной росписью. Чаще всего они покупали фарфор в стиле фэньцай – одном из наиболее известных стилей декорирования фарфора эпохи Цин. Важно уделить внимание и символике, в которой, судя по всему, купцы и покупатели хорошо разбирались. В музейных коллекциях представлено значительное число предметов с благопожелательными надписями и аллегорическими изображениями животных и птиц. Фарфоровые изделия из Китая обладали огромной ценностью для их владельцев: многие предметы передавались по наследству, становились частью личных собраний и украшали дома знатных семей.

Таким образом, благодаря региональным музейным коллекциям мы можем детально изучить особенности торговли и культурного обмена между Сибирью и Китаем, неотъемлемой принадлежностью которых стал китайский фарфор.