ТОМСК РОЗАЛИИ ПАНТЕЛЕЕВОЙ: ИСТОРИЯ
И ИНТЕРПРЕТАЦИИ. ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Дом с жар-птицами был построен в 1903 году, а начало формирования усадьбы, состоящей из четырех двухэтажных деревянных домов и хозяйственных построек, относится к 1895 (1896?) году, когда Л.Д.  Желябо купил землю, на которой решил вести строительство. О жизни Леонтия Дмитриевича Желябо известно не так много: сын крестьянина, мещанин, участник русско-турецкой войны, отставной фельдфебель, ново-николаевский купец и томский купец 2-й гильдии, соучредитель Торгового дома «Н. Михеев и Л. Желябо», которому принадлежал кожевенный завод и обувная фабрика в Сарапуле, лавки в Сарапуле, Ново-Николаевске, Томске. В 1919 году он уехал из Томска в Маньчжурию.

План строительства усадьбы был утвержден городским архитектором П.Ф. Федоровским (1864 – 1944), по проекту которого позднее был исполнен флигель в стиле модерн, расположенный во дворе основного дома № 67 и являющийся наиболее интересным и оригинальным из всего ансамбля по своей архитектуре.

Потомственный дворянин Петр Федорович Федоровский приехал в Томск в 1895 году после окончания Императорской Академии художеств, был младшим архитектором строительного отделения губернского управления, а в 1896 году стал городским архитектором. Первыми его проектами были строительство муниципальных зданий и действия по благоустройству города, а с 1903 года Федоровский начал выполнять и частные заказы. Именно к этому времени относится Дом с жар-птицами. Несмотря на то, что Федоровский работал в разных городах, самыми яркими и творчески плодотворными считаются именно томские периоды его деятельности (в Томске архитектор прожил в общей сложности 15 лет: 1895 – 1905 и 1912 – 1916 годы).

Дом с жар-птицами – свадебный подарок купца Л.Д. Желябо его дочери Варваре. Постройка восхищает красотой цельного, четко скомпонованного и очень выразительного силуэта. Почти квадратный в основании, дом дополнен с двух сторон пристроенными эркерами с треугольными фронтонами. Стены эркеров представляют собой окна, объединенные по три. Занимая почти всю площадь стен, окна делают их прозрачными, легкими и праздничными. Наличники всех окон и фронтоны богато украшены резьбой. Особенно нарядна кровля с многочисленными башенками со шпилями, треугольными фронтонами со сложными прорезными орнаментами. Необычны десять причудливых деревянных жар-птиц, украшающих и завершающих сказочный образ дома, благодаря которым он и получил свое название.

Праздничность и своеобразие архитектурного замысла неоднократно отмечались теми, кто видел этот дом. «По сочности резьбы по дереву, оригинальности декоративных форм он занимает едва ли не первое место среди памятников деревянной архитектуры Томска конца XIX – начала XX века. <…> Национальные русские формы деревянной архитектуры и резьбы сочетаются здесь с элементами барокко, своеобразно трактованными в дереве. <…> Совершенное богатство отдельных элементов наряду с лаконизмом целого – свидетельство большой художественной зрелости и таланта, проявленных и в замысле, и в исполнении» [1]. 

В 1974 году постановлением Совета Министров РСФСР сохранившиеся здания по улице Красноармейской, 67 и 67а (ранее улица Солдатская, 61 и 63) были причислены к памятникам архитектуры федерального значения. А в дни празднования 400-летия Томска стилизованные жар-птицы с крыши флигеля стали символом города и были включены в его эмблему. Дом с жар-птицами является одной из наиболее известных достопримечательностей Томска, его изображения можно увидеть в многочисленных книгах по истории города и в изданиях о деревянной архитектуре России. В настоящее время на его фасаде присутствуют не все жар-птицы, несколько резных элементов после реставрации помещены в Музей деревянного зодчества. Сам дом обитаем, в нем живут несколько семей.

Вдохновившись своеобразной прелестью Дома с жар-птицами, Р.В. Пантелеева создала ряд офортов по его мотивам. В листе «Летний день» ей удалось передать кажущуюся сказочной красоту пронизанного солнцем здания. Оно словно утрачивает свою материальность, приобретает воздушность и устремляется вверх. Это впечатление усиливается благодаря выбору точки зрения снизу и тонкой, ажурной штриховке. Интересно, что во всех трех интерпретациях этого сюжета на гравюрах, хранящихся в Новосибирском художественном музее, дом показан вне окружающей его городской среды. Он настолько интересен и самоценен, что художница изображает только его, отбрасывая все остальное, помещает его в свободном пространстве, на пригорке, что делает сооружение более значимым и монументальным. Детали дома во всех листах практически не проработаны, переданы лишь общие очертания, общее впечатление. А в наиболее поздней по дате создания гравюре «Цветение» здание показано почти силуэтно и узнается лишь благодаря характерным башенкам со шпилями на кровле. В этом случае изображение уже очень далеко от реального прототипа и похоже на таинственный сказочный замок, чему способствует и выбранное время суток – то ли ночь, то ли поздний вечер. Для создания бархатистой глубины листа художница в этот раз использует технику меццо-тинто, в которой изображение создается не линиями и штрихами, как в офорте, а плавными тональными переходами. 

Творчество Розалии Васильевны Пантелеевой, благодаря внимательному и заинтересованному взгляду художника, позволяет по-новому открыть для себя знакомые томские архитектурные виды.